Главное

Международная аналитика

 

Международная аналитика - 2016. Выпуск 4

 

В Дагестане арест олигархов Магомедовых воспринят неоднозначно

Старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Института международных исследований МГИМО политолог Вадим Муханов согласен с тем, что арест братьев Магомедовых мог вызвать недовольство у жителей республики, но это не тот повод, который способен привести к широкомасштабным акциям протеста. В первую очередь потому, что «сейчас в республике другая повестка и масса острых вопросов, которые реально волнуют жителей». В подтверждение своих слов эксперт предлагает вспомнить историю с другими не менее известными и влиятельными в республике братьями-олигархами – Билаловыми. «История перед Олимпиадой в Сочи, когда их интересы столкнулись с интересами высокопоставленных чиновников, вынудила Билаловых в спешке покинуть страну. Их объекты перешли в собственность других людей, как и корпорации, которые они возглавляли. Билаловы были не менее известны, влиятельны и уважаемы в республике, однако массовых акций в их защиту не наблюдалось. Так будет и сейчас. И если какие-то единичные акции мы увидим, то, скорее, они будут демонстрировать влияние и вес группы «Сумма» в республике, а не протест жителей», – резюмировал политолог.

Источник: Клуб регионов

Участники Женевских дискуссий обменялись упреками в упрямстве

Декларация о неприменении силы была идеей России, считает старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа ИМИ МГИМО Николай Силаев.

"Поскольку Грузия отказывается подписывать юридически обязывающее соглашение с Абхазией и Южной Осетией и требует, чтобы Россия поставила подпись под соглашением, но Москва не считает себя стороной конфликта и такое соглашение подписывать не будет, то выходом может стать общая декларация о неприменении силы всех участников Женевских дискуссий", - сказал корреспонденту "Кавказского узла" Николай Силаев.

По его словам, к концу 2016 года участники дискуссий уже были близки к принятию декларации, но грузинская сторона предложила внести в этот текст отдельный пункт, предусматривающий международную миссию на территории Абхазии и Южной Осетии.

"И из-за этого декларация тогда не была принята. Декларация важна для всех, не только для России. Это препятствие, которое мешает развивать переговоры по безопасности в регионе. Конечно, с точки зрения Абхазии и Южной Осетии сохраняется угроза со стороны Грузии, но она сокращается благодаря гарантиям России. Однако угроза не исчезла полностью, поэтому они заинтересованы в том, чтобы Грузия подписала соглашение о неприменении силы. Но если нет соглашения, то пусть хотя бы примет декларацию", - пояснил Силаев.

Власти Грузии не отказались от намерения решить вопрос "немирным путем", подчеркнул эксперт. "Там от планов реванша никто не отказывался. Сложно представить ситуацию, когда Грузия отказалась бы от подобного намерения без принятия декларации о неприменении силы. Декларация сделала бы ситуацию более здоровой", - сказал Николай Силаев.

При этом он признал, что декларация не является юридически обязывающим соглашением. "Грузия заявляет о том, что она не собирается применять силу, но с другой стороны, она отказывает в какой бы то ни было политической субъектности Абхазии и Южной Осетии. Поэтому нужны какие-то многосторонние решения или документы, которые сделали бы эту ситуацию более понятной и контролируемой", - сообщил Николай Силаев.

Источник: "Кавказский узел"

"Усложнится выдача виз" - политолог о высылке российского дипломата из Грузии

Российский политолог считает, что высылку российского дипломата из Грузии никто не заметит на фоне проблем России с Соединенными Штатами, Великобританией, Евросоюзом/

Из-за высылки российского дипломата грузинские граждане будут получать визы в Россию еще дольше, уверен политолог, научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности МГИМО Николай Силаев.

Эксперт прокомментировал решение грузинского Министерства иностранных дел выслать одного российского дипломата из секции интересов Российской Федерации при посольстве Швейцарии.

"На фоне уже разорванных дипотношений высылать дипломата, который занимается исключительно консульскими вопросами, — это абсурд. Кроме того, что усложнится процесс выдачи виз, ничего не изменится. Персонала в секции российских интересов немного, нагрузка большая, значит они будут выдавать визы еще медленнее", – отметил политолог.

Силаев напомнил: секция российских интересов и так не была полноценной заменой посольству России. Без сопровождения швейцарских коллег российские дипломаты ограничены в действиях и не могут посещать правительственные собрания.

"Я сомневаюсь, что кто-нибудь требовал это у Грузии, – добавил также эксперт. – Она и так не собиралась восстанавливать разорванные дипотношения. К тому же демарш Грузии на фоне проблем России с Соединенными Штатами, Великобританией, Евросоюзом просто никто не заметит".

При этом переговоры специального представителя премьера Грузии Зураба Абашидзе с заместителем МИД России Григорием Карасиным, по мнению эксперта, все еще перспективны. Нынешняя высылка дипломата не отменяет достижений, которых достигли переговорщики, подчеркивает Силаев.

"В формате "Карасин – Абашидзе" есть пространство для движения вперед. Однако сейчас мяч на грузинской стороне, и что она собирается делать с этим мячом, теперь очевидно", — подвел итог политолог.

Грузия разорвала дипломатические отношения с Российской Федерацией в августе 2008 года. При этом россияне могут приезжать в Грузию в рамках безвизового режима, а граждане Грузии должны оформлять визу, чтобы попасть на территорию России.

Источник: Sputnik

Обмен намеками: ждать ли позитива в отношениях Тбилиси и Москвы?

Российский политолог, старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа ИМИ МГИМО Николай Силаев рассуждает, можно ли ожидать позитивных изменений в российско-грузинских отношениях и повлияет ли это на диалог с абхазами и осетинами

Российский МИД ответил премьер-министру Грузии на призыв улучшить отношения двух стран. На Смоленской площади подтвердили, что Россия заинтересована в оздоровлении отношений с Грузией и готова идти в этом "настолько далеко, насколько к этому готовы в Тбилиси", выразили надежду на конструктивность грузинской стороны на предстоящем раунде Женевских дискуссий и приветствовали стремление к прямому диалогу с Абхазией и Южной Осетией, которое высказал премьер Квирикашвили.

Этот обмен любопытен хотя бы тем, что обычно из Грузии звучат совсем иные речи: тон, в котором большинство грузинских политиков говорит о России, уже мало отличается от того, какой был принят во времена позднего Михаила Саакашвили. Москва, в свою очередь, не чувствует потребности "быть нежной" и часто напоминает Грузии о необходимости "признать новые реалии" — читай, независимость Абхазии и Южной Осетии. Кстати, последнее заявление МИД не содержит этой традиционной формулы.

Зачем Георгию Квирикашвили потребовалось делать столь примирительное заявление в адрес России? Можно ли ожидать позитивных изменений в российско-грузинских отношениях?

Непосредственная причина заявления премьер-министра названа в самом его тексте. Квирикашвили упомянул Арчила Татунашвили, гражданина Грузии, который был задержан юго-осетинскими правоохранителями и погиб при невыясненных обстоятельствах, находясь под стражей. Юго-осетинские власти отказываются выдавать его тело родственникам, ссылаясь на необходимость провести экспертизу. Грузинская сторона говорит, что тело не выдают, чтобы скрыть следы убийства Татунашвили. Католикос-Патриарх Грузии Илия II обратился к Патриарху Московскому и Всея Руси Кириллу с просьбой содействовать передаче тела. Об этом же говорили сопредседатели Женевских дискуссий с президентом Южной Осетии Анатолием Бибиловым во время их поездки в Цхинвали. Ответ был одним и тем же: тело передадут после экспертизы. Тем временем родственники погибшего перекрывают дороги в Грузии и требуют отправить правительство в отставку. Вероятно, премьер рассчитывал, что примирительное обращение к России поможет убедить российский МИД повлиять на власти Южной Осетии.

МИД ответил на этот намек, и ответил жестко. Напомнив премьер-министру, что он сам декларировал готовность к прямому диалогу с абхазами и осетинами, МИД, по сути, предложил ему в таком прямом диалоге и решать вопрос о Татунашвили, выходящий за рамки российско-грузинской двусторонней повестки.

Иного публичного ответа ожидать было трудно. Однажды дав повод думать, что через Москву можно добиться чего-либо от Цхинвали, трудно потом настаивать, чтобы Грузия урегулировала свои разногласия с Южной Осетией как с независимым государством или, по крайней мере, самостоятельным политическим субъектом. А от этой позиции Россия отходить не намерена.

Ведется ли какая-то непубличная дипломатическая работа по делу о гибели гражданина Грузии – другой вопрос, но, учитывая, какую густую тень бросает эта история на государственность Южной Осетии, было бы странно, если бы российские власти хотя бы не выяснили, что именно произошло с Арчилом Татунашвили.

Есть ли в двух заявлениях еще какое-либо содержание, кроме этого обмена намеками? Квирикашвили еще в конце прошлого года выразил готовность самому поехать в Женеву и придать тем самым новый импульс дискуссиям. В своем нынешнем заявлении он напомнил об этой инициативе. Позиция МИДа России, в общем, проста – дело не в том, кто будет представлять Грузию, а в том, каков будет подход грузинской делегации.

Тут уместно напомнить, что участники Женевских дискуссий однажды приблизились к тому, чтобы согласовать текст совместной декларации о неприменении силы – такую декларацию предложила принять Россия после того, как Грузия наотрез отказалась подписывать соглашения о неприменении силы с Абхазией и Южной Осетией. Однако в последний момент грузинские представители предложили включить в текст декларации пункт, требующий обеспечить доступ на территорию Абхазии и Южной Осетии международных наблюдателей. Согласование текста и принятие декларации было сорвано. Сухуми и Цхинвали полагают, что международные организации должны с ними договариваться о присутствии своих миссий, да и к обязательствам по неприменению силы это предложение Грузии не имеет отношения.

Обсуждение гуманитарных вопросов в Женеве заблокировано на протяжении нескольких лет, после того, как грузинская дипломатия стала добиваться принятия на Генеральной Ассамблее ООН резолюций о возвращении беженцев, покинувших Абхазию и Южную Осетию. Эти резолюции односторонни и политизированы (речь в них, в частности, не идет о судьбе десятков тысяч этнических осетин, изгнанных из внутренних районов Грузии), и Сухуми и Цхинвали отказываются обсуждать вопрос о беженцах, пока грузинская сторона продвигает на международных площадках, недоступных для абхазов и осетин, необъективное, по их мнению, видение конфликта.

Чтобы оживить Женевские дискуссии, грузинской стороне достаточно согласовать текст декларации о неприменении силы, не пытаясь включить в него посторонние темы, и отказаться от практики внесения своих резолюций по беженцам в Генассамблею ООН, тем более Тбилиси не получает никакой практической пользы от этих резолюций. Сделает ли это сам премьер Квирикашвили или любой уполномоченный представитель Грузии – неважно. Есть только большие сомнения в том, что Грузия на это пойдет.

Есть сильная асимметрия в дипломатическом (не говоря о прочих) потенциале Тбилиси и Москвы. Грузия – небольшая страна, тесно связанная с США, НАТО, Евросоюзом. Для ее дипломатии важно обретение различных символических статусов ("европейские институты отметили прогресс демократии в Грузии") и выполнение "домашних заданий" европейских и евроатлантических "учителей". Россия – восходящая честолюбивая держава, привыкшая отстаивать свое место в мировой политике, вести жесткие переговоры, создавать альянсы, подкрепляя при необходимости доброе слово "Калибром". Грузинские политики не готовы разговаривать на том языке баланса силы, который привычен и понятен для Москвы. А российские политики с недоумением слушают тот язык, на котором говорит сегодняшняя Грузия.

И хотя у Тбилиси, при всей его сравнительной слабости, есть о чем поторговаться с Москвой, в Грузии не решатся играть в такую игру с Россией. Содержательные переговоры с Москвой, Сухуми, Цхинвали могут принести выигрыш, но несут в себе и риск неудачи. И этот риск в Грузии считают неприемлемым. Очевидно, полагают, что лучше оставить все как есть и не испытывать свои силы сложными дипломатическими вызовами. Тем более у ключевых партнеров Грузии сейчас совсем не в тренде мириться и договариваться с Россией. Такого "домашнего задания" Тбилиси никто не давал и в ближайшие годы не даст.

Источник: Sputnik Грузия

Спящие радикалы

"Нападение на людей в Сургуте и Каспийске, последний теракт в Кизляре говорят о том, что планы ИГ по организации в России лояльного им подполья, к сожалению, осуществляются. Есть опасность, что террористическая деятельность не прекратится, и для борьбы с ней нужен комплексный подход, но и реагирование силовиков тоже необходимо", - считает старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности ИМИ МГИМО Ахмет Ярлыкапов.

Он добавил, что "Исламское государство" теперь не может финансово подпитывать террористов, поэтому радикалы фактически пользуются подручными средствами, например, ножами, как при нападении в Сургуте и Каспийске.

Эксперт отмечает, что в первую очередь нужно работать с молодежью, которая в основном и попадается в сети вербовщиков. К части этой работы можно отнести и борьбу с коррупцией, потому что многие молодые люди радикализируются и из-за тяжелой социальной ситуации в республике.

"Сейчас вербовка происходит в интернете, где легко наткнуться на материалы [террористов]. Это усложняет работу по борьбе с продолжающимся идеологическим влиянием уже побежденного ИГ", - говорит собеседник "Кавказ.Реалии".

Ярлыкапов также подчеркивает, что нужно обязательно работать с теми, кто вернулся из Сирии, особенно с женщинами и детьми, интегрировать их. Эти люди могут быть полезны в идеологическом противодействии, поскольку они знают, что на самом деле происходило в «Исламском государстве», считает эксперт.

Напомним, дагестанок, которых в числе других женщин вернули в Россию при содействии Рамзана Кадырова, на родине подвергли уголовному преследованию.

Источник: "Кавказ. Реалии"

США: Кремль замахнулся на весь Ближний Восток

— На мой взгляд, Кофман и Рожански просто внимательно наблюдают за тем, что происходит в Сирии и вокруг нее. Хотя я не торопился бы говорить о победе: сначала нужно убедиться, что политическое урегулирование необратимо, что новый порядок в Сирии приняли ее соседи, что возросший вес России на Ближнем Востоке закреплен конкретными соглашениями, контрактами, долгосрочным экономическим и политическим присутствием, что сам регион начал устойчиво развиваться, — высказал в интервью «Свободной прессе» мнение старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности ИМИ МГИМО Николай Силаев.

Источник: "Свободная пресса"

Московский государственный институт международных отношений

Международная жизнь

Министерство иностранных дел Российской Федерации.