Главное

Международная аналитика

 

Международная аналитика - 2016. Выпуск 4

 

Центральной Азии предложили опыт "Северной синергии"

Директор Центра постсоветских исследований ИМИ МГИМО Станислав Чернявский призвал не навязывать странам региона чуждые модели. Он напомнил, что в ЦА действуют интеграционные объединения такие как Евразийский экономический союз, ОДКБ, ШОС. "Россия входит в Евразийский регион, и именно ей Казахстан, Туркменистан и Узбекистан обязаны спокойствием на их северных границах, а также трудоустройством десяткам тысяч граждан работающих сегодня в РФ и обеспечивающих средствами своих родственников оставшихся дома", - подчеркнул эксперт. Чернявский отметил, что в России приветствуют деятельность узбекского руководства, направленную на укрепление стабильности и сотрудничества в регионе. "Мы рассматриваем реализуемую в ЦА политику регионального сближения как исторически обусловленную необходимость, а не навязанный кем-либо из вне процесс", - сказал российский эксперт.

Источник: "Вестник Кавказа"

Распутать ветви власти: как президент Молдавии намерен разрешить политический кризис в стране

По мнению директора Центра постсоветских исследований МГИМО профессора Станислава Чернявского, неверно относить Игоря Додона к пророссийским политикам, так как он — первый за долгие годы промолдавский президент. Но его успехи вызывают острую ненависть политических оппонентов из Демократической партии, из-за чего они решились на самую крайнюю меру — выдворение российских дипломатов.

«С Москвой контакты он выстраивает также в интересах Молдавии. Но его политическим противникам его успехи очень не нравятся. Высылка дипломатов — это крайний шаг, верх враждебности по отношению к другой стране. Такие меры используются либо на фоне конфронтации между государствами, либо в ходе ожесточенной внутриполитической борьбы. Именно это мы и наблюдаем сейчас», — сказал Чернявский в интервью RT.

Источник: Russia Today

Позитивные отношения между народами – самое главное достижение за 25 лет дипотношений России и Азербайджана

4 апреля исполнится 25 лет со дня установления дипломатических отношений между Россией и Азербайджаном. В интервью корреспонденту «Москва-Баку» директор Центра постсоветских исследований Института международных исследований МГИМО, советник-посланник Посольства России в Азербайджане (2000-2004 гг.), доктор исторических наук, профессор Станислав Чернявский дал свою оценку российско-азербайджанским отношениям за истекший период.  

 
- 4 апреля исполнится 25 лет с момента установления дипломатических отношений между Россией и Азербайджаном. Как Вы можете охарактеризовать эти 25 лет взаимоотношений двух стран? Можете ли Вы разделить историю российско-азербайджанских отношений, начиная с 4 апреля 1992 года, на периоды, отталкиваясь от тех настроений, которые характеризовали их в определенные временные промежутки?  
 
- Кому-то покажется, что 25 лет - небольшой период, но по факту это огромный срок, четверть века, за которые меняются поколения, меняются взгляды… Российско-азербайджанские отношения за 25 лет дипотношений характеризуются как периодами спада, так и подъема. Что и говорить, отношения России и Азербайджана в 1990-е годы были откровенно плохими. Это была сложнейшая эпоха становления власти как в России, так и в Азербайджане. И в Азербайджане власть стабилизировалась раньше, чем в России, а именно - с приходом Гейдара Алиева. В России же не было сильной личности подобной Алиеву, у нас происходило становление личной власти Ельцина, cопровождавшееся разного рода политическими колебаниями. В конце 1990-х годов, помимо нерешенного нагорно-карабахского конфликта на отношения России и Азербайджана повлияла чеченская кампания. Российско-азербайджанские отношения достигли коллапса. Россия обвиняла Азербайджан в том, что он помогает чеченским боевикам, а в ответ Азербайджан «советовал», дескать, пусть дагестанские пограничники лучше охраняют границу.
Дело дошло до того, что Россия ввела визовый режим с Грузией и уже рассматривала вопрос введения визового режима с Азербайджаном. Россия в тот период практически объявила блокаду Азербайджану - железные дороги были перекрыты. Но на неформальном саммите глав государств СНГ в Ялте Владимиру Путину, который уже стал президентом России, и президенту Азербайджана Гейдару Алиеву удалось найти общий язык. Две сильные личности во главе государств, поняли друг друга. Конечно, объективные причины для улучшения отношений двух стран были, но, думаю, этот субъективный фактор в конечном итоге сыграл решающую роль. В 2001 году прошел первый визит Владимира Путина в качестве президента России в Азербайджан. С этого момента можно говорить о коренном переломе и новой странице в российско-азербайджанских отношениях. Россия и Азербайджан стали предпринимать шаги по восстановлению конструктивных отношений, в частности, было разблокировано имущественное эмбарго, наложенное на различное оборудование Азербайджана, стоявшее в Астрахани и Нижнем Новгороде. После этого отношения России и Азербайджана стали развиваться по восходящей, несмотря на все попытки как внутри России, так и внутри Азербайджана, а также за пределами этих стран поведать о каких-то крупных разногласиях в российско-азербайджанских отношениях, эти разговоры не находят своего практического подтверждения. Отношения и сегодня продолжают оставаться стабильно дружественными, обе страны заинтересованы друг в друге. Так или иначе, какие бы периоды не переживали Россия и Азербайджан за эти 25 лет дипотношений, два государства всегда сотрудничали. 
 
- Нагорно-карабахский конфликт – одна из острейших проблем в 1990-е годы для Азербайджана. Она остается самым острым вопросом и по сей день… И Азербайджан связывает решение этого конфликта с Россией… 
 
- Пожалуй, это самый больной вопрос российско-азербайджанских отношений, который остался от советского периода. Мне часто приходилось сталкиваться с различными обвинениями в адрес России по нагорно-карабахскому вопросу. Самый каверзный и болезненный вопрос для меня был: «А куда смотрела Россия, когда 165-й полк СНГ принимал участие в нападении на Ходжалы, и мне приходилось пояснять, что военнослужащие в этом полку были армяне. Мы знаем, что в этих событиях принимали участие армянские мигранты. Это были добровольцы, которые прибыли из печально известного сейчас Алеппо. Азербайджан всегда считал, что Россия должна более упорно отстаивать его позицию, точно так же считают и в Армении. Я не думаю, что этот вопрос неразрешим и не верю в его невероятную сложность. Мне кажется, чтобы добиться прогресса, сторонам конфликта стоит более активно работать с диаспорами за рубежом, особенно это касается Армении, чтобы те в свою очередь подвели правительства Азербайджана и Армении к консенсусу. Азербайджанской и армянской диаспорам нужно заниматься народной дипломатией. Вы знаете, несколько лет назад группа азербайджанских и армянских экономистов при участии специалистов из Великобритании выпустила, на мой взгляд, очень важное исследование. Это был четкий план, как восстановить мир на оккупированных территориях. Речь шла о том, что нужно предпринять после освобождения земель - так называемый час икс, который рано или поздно наступит. Согласно исследованию, в час икс стороны договариваются о том, что они отводят свои войска и предоставляют Нагорному Карабаху возможность мирно развиваться. В этом исследовании четко напротив каждого шага прописано, сколько это будет стоить. Восстановить дороги - прописано, сколько это будет стоить, восстановить больницы, детские сады, школы - и сколько это будет стоить, построить дома для людей, которые будут этим заниматься - cколько это будет стоить и т.д. К сожалению, прошло несколько лет и этот шаг народной дипломатии был забыт. А жаль, потому что это были не общие слова, а конкретные предложения. 
 
В Баку в декабре прошлого года была учреждена «Платформа для мира между Арменией и Азербайджана», и это правильный шаг. Эту платформу нужно поддерживать. Но я отдаю себе отчет в том, что люди, собирающиеся в Баку, получают кардинально противоположную оценку со стороны разных кругов. Полагаю, что те армяне, которые принимают участие в таких переговорах, сразу получают клеймо врагов народа. Но мне кажется, что это мужественный шаг в правильном направлении. Других путей решения нагорно-карабахского конфликта, кроме мирного, я не вижу, ведь жизнь любого человека дорога. Сколько бы ни было убито - 20 или 2000 человек - все это человеческие жизни. Солдаты, которые участвуют в этой войне, не заслужили того, чтобы быть убитыми в свои 18-19 лет. Мне кажется, что народная дипломатия - важный путь для решения нагорно-карабахского вопроса. 
 
Решение конфликта, кто бы что ни говорил, прежде всего в руках Азербайджана и Армении. И урегулирование конфликта зависит от политической воли руководства двух стран, но в большей степени все-таки от властей Армении. Почему? Потому что по факту Азербайджан все время выступает с конкретными предложениями, предлагает площадки для мирных переговоров и всегда готов к этим переговорам, а Армения затормаживает переговоры. По факту Армения признает, что 7 районов - азербайджанские. Ну а если этот факт не поддается сомнению, так о чем говорить. Если Армения беспокоится о том, что после передачи районов Азербайджан получит стратегическое преимущество с военной точки зрения, пусть поднимет вопрос о мерах безопасности - чьи миротворческие контингенты войдут на освобожденные территории. Но нагорно-карабахский вопрос в конце концов должен быть решен. Тем более учитывая тот факт, что Армения в связи с нагорно-карабахским конфликтом осталась в стороне от всех экономических проектов. Зачем самим обрекать свой народ на изоляцию в мире. Мне кажется, Армения работает в этом плане против собственного народа. 
 
Мне кажется, что формула о передаче 7 районов Азербайджану, которая в последнее время витает в воздухе, вполне может сработать. Но это моя точка зрения как эксперта по Южному Кавказу. Руководителям государств виднее, и понятно, что у них могут быть свои возражения. 
 
- Нагорно-карабахский конфликт – тяжелая тема, вопрос, который, надеемся, в скором времени разрешится. Но за 25 лет дипотношений России и Азербайджана были же и достижения. Можете назвать самые главные? 
 
- Общие достижения в том, что мы ликвидировали почти все болевые точки. Сотрудничество между Россией и Азербайджаном развивается не на словах, а на деле, равноправно. С обеих сторон мы наблюдаем взаимное уважение как в отдельных направлениях сотрудничества, так и в общем стратегическом плане. Позитивным является настрой управленческих элит. Между молодым поколением российской и азербайджанской элит сложились нормальные отношения, это на фоне того, что и та, и другая получила образование в ведущих мировых учебных заведениях. Отношения между народами России и Азербайджана сложились, прежде всего, на бытовом уровне. Нет никаких презрительных выпадов со стороны русских в отношении азербайджанцев, что было в начале 90-х годов, ни со стороны азербайджанцев в отношении русских. Мне кажется, это и есть самое главное достижение в отношениях за 25 лет. Потому что если мы с вами сейчас будем говорить о товарообороте, сотрудничестве в каких-то конкретных областях, включая военную промышленность, космос и т.д., это, конечно, важно, но менее важно, чем человеческая сторона вопроса. Главной остается гуманитарная сфера взаимоотношений между нашими странами и народами, а здесь наблюдается большой позитив. У России и Азербайджана реальные дружеские отношения. Не на словах, как это часто бывает, а на деле. Ведь говорят, что такая-то страна для нас стратегический партнер, другая - тоже стратегический партнер, и непонятно, что это означает. А с Азербайджаном все понятно - у нас полное согласие и взаимопонимание. У нас нет никаких причин для взаимного недоверия и взаимного недовольства. Стороны стараются поддерживать друг друга. И Азербайджан все больше и больше выступает как надежный партнер и миротворец. Вспомните период кризиса в российско-турецких отношениях, наступивший после того, как Турция сбила наш самолет. В тот момент крен в российско-турецких отношениях пошел чуть ли не в сторону военного конфликта. B Азербайджане в этой ситуации проявили максимум терпения и дружелюбия в отношении России. И в итоге Ильхам Алиев сыграл свою роль примирителя. На днях в Баку прошла встреча начальников штабов ВС России и США. То, что в качестве площадки для такой деликатной встречи был выбран именно Азербайджан, еще раз подчеркивает высокий уровень доверительности российско-азербайджанских отношений. 
 
- Важно отметить и то, что за 25 лет отношение к русскому языку в Азербайджане сохранилось все таким же уважительным…  
 
- Русский язык живуч в Азербайджане и это связано с заинтересованностью азербайджанцев в использовании того громадного русского рынка, который находится рядом. Я был в Тбилиси, там мало кто говорит по-русски. В Армении говорят - но не все. Азербайджан их намного превосходит уровнем владения населения русским языком. 
 
- Приближается 25-я годовщина с Ходжалинского геноцида. Здесь, в России, пройдет ежегодное мероприятие, посвященное трагедии…  
 
-То, что произошло в Ходжалах - трагедия, которая никогда не исчезнет из памяти азербайджанского народа. Важно, чтобы подобные трагедии не повторились. То, что азербайджанцы проводят такие мероприятия в разных странах мира - это напоминание о страшной трагедии, которая произошла, о тех людях, которых изгоняли со своих земель, над которыми издевались и которые ни в чем не были виноваты. 

- В последнее время говорят о формировании таких стратегических союзах-триумвиратах как Россия-Азербайджан-Иран и Россия-Азербайджан-Турция. Что об этом думаете?  
 
- То, что в таких триумвиратах Азербайджан играет роль связующего звена, говорит весьма позитивно об азербайджанской внешней политике и правильном настрое азербайджанского руководства. Важно и то, что Азербайджан старается выступать в качестве организатора таких встреч. Это свидетельство роста авторитета Азербайджана не только в регионе, но и более широком масштабе. 
 
- Как считаете, развитие российско-азербайджанских отношений будет только нарастать?  
 

- Считаю, что у нас сейчас и так все хорошо, отношения находятся на пике.

Источник: "Москва -  Баку"

Почему азербайджанская оппозиция потерпела поражение на парламентских выборах

ЧернявскийДиректор Центра постсоветских исследований, профессор кафедры мировых политических процессов Станислав Чернявский — о состоявшихся 1 ноября в Азербайджане парламентских выборах.

Подробнее: Почему азербайджанская оппозиция потерпела поражение на парламентских выборах

К развитию ситуации в Молдове

чернявскийС учетом парламентских выборов, намеченных на 30 ноября, внутриполитическая ситуация в Молдове начинает накаляться. Во многом этому способствуют происходящие в Украине и вокруг нее события, за которыми внимательно следят все политические силы, пытаясь  сделать для себя соответствующие выводы.

Опасаясь потери власти, правительственная коалиция в составе правоцентристской Либерально-демократической партии Молдовы (ЛДПМ) Влада Филата,  левоцентристской Демократической партии Молдовы (ДПМ) Мариана Лупу и правоцентристской Либерально-реформаторской партии (ЛРП) Иона Хадыркэ всеми силами ускоряет процесс подписания Соглашения об ассоциации с ЕС, включающее создание Зоны свободной торговли (ЗСТ). Планируется, что оно состоится 27 июня на чрезвычайном саммите «Европейский союз–Молдова».

Несмотря на то, что среди правящей верхушки в целом сложился консенсус в пользу евроинтеграции, оппозиционные партии настаивают на проведении в стране референдума как обязательного условия, предваряющего акт подписания. 14 мая с таким требованием выступила Партия коммунистов Республики Молдова (ПКРМ), 20 мая их поддержала Партия социалистов. Требование это, однако, «повисло в воздухе» и реакции властей не последовало.

Анализируя начавшийся всплеск политической активности, молдавское экспертное сообщество выделяет три основных группы проблем, которые займут главное место в предстоящей избирательной кампании.

1. Во-первых, окончательный выбор геополитического вектора экономического и политического развития. Молдавское руководство рассматривает европейскую интеграцию как основу политической и социальной сплоченности общества и сознательно замалчивает трудности, которые возникнут при выполнении взятых перед ЕС обязательств.

О негативных последствиях – в том числе упразднении беспошлинной торговли с СНГ, уничтожении общего экономического пространства с Приднестровьем, а также о судьбе многочисленных трудовых мигрантов не упоминает даже оппозиция. Между тем сегодня две трети из более чем миллиона молдавских гастарбайтеров трудятся в России. Денежные переводы из-за рубежа составляют от 23% до 30% ВВП Молдовы и являются основным «двигателем» молдавской экономики. Ежегодно молдавские трудовые мигранты переводят на родину через коммерческие банки около 1,5 млрд долл.

Очевидно, что в вопросах евроинтеграции три ведущие партии, имеющие шансы победить на парламентских выборах (включая коммунистов), уже сделали свой геополитический выбор.

2. Вторая, не менее остро обсуждаемая группа вопросов – «лингвистическая». Речь идет не только о необходимости введения русского в качестве второго государственного языка, но и о названии ныне принятого государственного языка - румынский или все же молдавский. Эта, казалось бы «сугубо лингвистическая», проблема остается в центре ожесточенных дискуссий, поскольку фактически вопрос стоит о выборе будущего Молдовы - сохранении независимого государства или «воссоединении» с Румынией без Приднестровья.

Давление румынского фактора на внутриполитическую жизнь Молдовы нарастает в связи с проведением Бухарестом президентских выборов, намеченных на начало ноября текущего года.

Президент Т.Бэсеску находится у власти с 2004 г. и имеет сложные отношения с влиятельными политическими кругами в стране. Парламент дважды объявлял ему импичмент, а на выборах 2009 г. его победа была спорной и неубедительной. Сейчас у президента нет шанса не только обеспечить избрание своего преемника на выборах, но и гарантировать личную безопасность после выборов. Бэсеску – сильная, незаурядная личность. Он понимает, что его судьбу может изменить лишь реализация «исторического объединения» Румынии и Молдавии: в румынском обществе идея «объединения» обладает широкой поддержкой населения и является частью исторически сложившейся национальной идеологии. При таком сценарии, шансы на победу ставленника Бэсеску станут реальными. Только в этом случае личная безопасность нынешнего президента будет обеспечена.

Одним из практически шагов в направлении «воссоединения» стала спонсируемая румынами перепись населения Молдавии. Накануне ее проведения (12-25 мая 2014) парламент Румынии принял решение, согласно которому гражданам, указавшим в опросном листе, что они румыны, а не молдаване, будет упрощена процедура получения румынского гражданства.

Политологи считают, что такая массированная атака на идентичность молдаван приведет к тому, что после переписи доля румын в общей численности населения Молдовы возрастет до 15–20%.

 «Унионистские» планы Бухареста целиком разделяет президент Молдавии Николай Тимофти, который считает, что Молдавия – часть румынского культурного и языкового пространства.

Не исключено, что оба президента рассчитывают, что Россия поставит вопрос о признании и присоединении Приднестровья, предоставив повод для реализации румынских планов.

В этом случае следует ожидать резкой активизации всех действующих в стране панрумынских унионистских структур. Не секрет, что по аналогии с украинскими событиями им предназначена роль «правового сектора» будущего кишиневского «майдана». Националистически мотивированное, идейно убеждённое меньшинство может не только создать «телевизионную картинку» массовых волнений, но и осуществить физическую блокаду государственных учреждений наподобие событий в Кишинёве в апреле 2009 г. При таком сценарии центристские партии, управляемые молдавскими олигархами, вряд ли смогут мобилизовать контролируемые ими силы правопорядка.

Активизация панрумынских националистических структур может вызвать ответную реакцию со стороны Гагаузской автономии и болгар, компактно проживающих в Тараклийском районе. Как известно, 2 февраля 2014 года в Комрате состоялись два референдума (законодательный и консультативный), в ходе которых более 96% избирателей проголосовало за право Гагаузии «на внешнее самоопределение» и вступление Молдовы в Таможенный союз. Их поддержали и 12 тыс. болгар Тараклийского района. 18 марта Гагаузия объявила о создании собственных вооружённых сил.

3. Наконец, третий, наиболее болезненный узел проблем – перспективы отношений с Приднестровьем. Обращает на себя внимание, что ни один из партийных лидеров не выступает за активизацию переговоров с Приднестровьем. Былые разговоры о «федерализации» ушли в прошлое. Не исключено, что правящие круги Молдовы надеются с помощью ЕС задушить приднестровскую экономику, попавшую в тяжелое положение из-за украинских событий.

После подписания Соглашения о зоне свободной торговли между Молдавией и ЕС, в котором не участвует Приднестровье, Тирасполь может потерять 39% производства, 65% экспорта, 57% внешнеторгового оборота, 36% налоговых поступлений в бюджет и 23% ВВП.

Нельзя исключать, что в случае полного установления контроля нового украинского режима над юго-востоком Украины будут предприняты попытки организовать «майдан» в Тирасполе и других городах левобережья Днестра.

В создавшихся условиях 18 марта Верховный совет Приднестровья обратился в Государственную Думу России с просьбой предусмотреть в российском законодательстве возможность вхождения непризнанной республики в состав России, а 16 апреля направлено обращение Президенту В.Путину с просьбой о признании Приднестровской Молдавской Республики.

Разумеется, для российской стороны, важно сохранить свои позиции на юго-востоке Европы, где при активном участии евроатлантических структур идет стратегическое переформатирование политических сил, преследующее антироссийские цели. Очевидно, что России необходимо разработать более четкий план своих действий с учетом, прежде всего, развития событий на Украине. Вряд ли целесообразно рассматривать подписание Молдовой Соглашения об ассоциации с ЕС как некую «красную линию», следовать принципу «все или ничего». Для нас предпочтительнее соблюдать баланс мер воздействия, среди которых, наряду с ограничителями в сфере миграции и внешней торговли, предусмотреть выдвижение компромиссных предложений по сохранению уровня сотрудничества с Молдовой, твердо отстаивая при этом наши интересы.

Каким бы ни был будущий ответ России на решение молдавского руководства об ассоциации с ЕС, нам надо исходить из необходимости выработки долговременной стратегии отношений с этим государством, предполагающей различные сценарии развития событий как в самой Молдове, так и вокруг нее.

 

К ситуации на Каспии

chernyavskiyСобытия в Украине и вокруг нее практически вытеснили из информационного поля сообщения о других болевых точках в приграничье России, в том числе в Каспийском регионе. Однако существующие здесь спорные проблемы далеки от окончательного решения, а политика, проводимая внерегиональными государствами,  направлена на ослабление российских позиций.

Евросоюз настойчиво и целенаправленно превращает прикаспийские государства в конкурентов России в области поставок энергоресурсов, инициирует создание трубопроводных систем, обходящих нашу территорию. Брюссель ведет дело к интернационализации вопросов обеспечения безопасности трубопроводных систем. Эти проблемы активно обсуждаются в различных натовских структурах. С одобрением рассматриваются инициативы Пекина по воссозданию «великого шелкового пути», что позволило бы полностью переключить все транспортные магистрали на территории прикаспийских государств и Южного Кавказа.

Сегодня на Каспии действуют более 130 британских, 110 американских, а также де­сятки турецких, французских, германских, шведских, бельгийских, японских, итальянских, португальских, новозеландских, иранских и китайских сервисных нефтяных ком­паний. и с этим России приходится считаться.

В Азербайджане и Казахстане ускоренными темпами создаются современные транспортные узлы международного класса – крупнейший на Каспии морской порт в Аляте (47 км от Баку) и в Актау. Азербайджан, Казахстан и Туркменистан уже имеют свои СПГ-терминалы для транспортировки сжиженного газа.

Евроатлантические структуры, участвующие в вооруженных действиях в Афганистане, активно используют каспийские порты Актау и Баку для транспортировки своих воинских подразделений. При поддержке США и при их участии созданы военно-морские силы Азербайджана, Казахстана и Туркменистана, построены военные аэродромы, создана современная система электронного прослушивания, формально нацеленная на противодействие Тегерану. Прикаспийские государства усиливают свой военно-морской потенциал, активно ведется закупка мини подводных лодок и подготовка подразделений боевых пловцов, устанавливается современная радиолокационная техника. Заметно растет соблазн использовать заинтересованность американцев в транспортировке боевой техники из Афганистана для совершенствования собственного боевого потенциала.

Наши западные партнеры пытаются представить действия радикальных исламистов, ставящих под угрозу внутриполитическую стабильность региона, как «борьбу за демократию», практически подталкивая их к активизации. В этом же ключе они рассматривают попытки исламистов дестабилизировать обстановку в Дагестане, Калмыкии, Башкирии, Татарстане и российском Поволожье.

Обращает на себя внимание и тот факт, что, несмотря на реальные угрозы внутриполитической стабильности, прикаспийские государства негативно относятся к предлагаемым Россией проектам создания региональных военно-политических или экономических организаций. Наше предложение, озвученное в 2006 г., о создании на Каспии системы коллективной безопасности в рамках единой военно-морской группы оперативного взаимодействия «Касфор» не вызвало положительных откликов.

Такая же участь постигла и российскую идею о создании Организации каспийского экономического сотрудничества. Свое негативное отношение к ней прикаспийские государства объясняют разностью потенциалов участников Организации и отсутствием четкости в определении перспективных многосторонних экономических программ.

Активизации сотрудничества мешает также ориентация всех прикаспийских стран на добычу углеводородов, что, с одной стороны, снижает товарную линейку возможной взаимной торговли, с другой, делает страны конкурентами в борьбе за покупателей сырья, что сказывается на валовом объеме региональной торговли.

Болевой точкой региона остается неопределенность в вопросах правового статуса Каспийского моря. Хотя за истекшие годы страны-партнеры накопили позитивный опыт в поиске подходов к решению этой важнейшей для них международно-правовой проблемы, отсутствие согласованной юридической базы нередко приводит к обострению отношений между прикаспийскими государствами – особенно в том, что касается раздела месторождений углеводородов.

Поэтому намеченный на осень текущего года саммит «каспийской пятерки» (он пройдет в России) ждут с большим нетерпением. Будет ли на нем, наконец, подписана долгожданная Конвенция о правовом статусе Каспийского моря? Если нет, то в решении каких вопросов стороны могут найти столь необходимый консенсус?

Как нам представляется, радужные ожидания вряд ли оправдаются с учетом острых разногласий между Азербайджаном, Туркменистаном и Ираном. Вместе с тем очевидна заинтересованность сторон в практической реализации уже подписанных на двух предыдущих «саммитах» документах. А именно – Соглашения о сотрудничестве в сфере безопасности на Каспийском море (Баку, 18.11.2010) и Рамочной конвенции по защите морской среды Каспийского моря (Тегеран, 12.08.2006).

Правовая база этих соглашений дает реальную возможность сконцентрировать усилия прикаспийских государств на трех основных направлениях: военная безопасность и борьба с терроризмом; экологическая безопасность и сохранение биоресурсов Каспийского моря; активизация приграничного сотрудничества.

Что касается российской стороны, то ей удалось частично решить вопросы правового регулирования хозяйственной деятельности в северной части Каспия путем заключения двусторонних договоров с Азербайджаном и Казахстаном. Главную опасность российская сторона усматривает в реализации проектов прокладки по дну Каспия магистральных трубопроводов с учетом высокой сейсмичности региона и непредсказуемых экологических последствий в случае потенциально возможных разрушений подводных сооружений.

 

Московский государственный институт международных отношений

Международная жизнь

Министерство иностранных дел Российской Федерации.